# Изучение памятников истории и культуры Западной Монголии в XIX - начале XX века.

Шелепова Е.В.

изучение памятников истории и культуры Западной Монголии...

ББК 63.3 (5Мон) 4

Е. В. Шелепова

Изучение памятников истории и культуры

Западной Монголии в XIX — начале XX в.*

E. V. Shelepova

Study on Monuments of the Western Mongolia History

and Culture in the XIX — the Beginning of XX Centuries

Статья посвящена истории открытия и изучения

The article is devoted to the history of opening

памятников культурного наследия Западной Монголии and studying monuments of a cultural heritage of the в XIX — начале XX в. Исследования были организо-

Western Mongolia in XIX — the beginning of XX

ваны российскими научными учреждениями, а также centuries. Researches have been organized by the Russian связаны с деятельностью в Центральной Азии фин-

scientific institutions, and also connected with the activity

ских ученых. Выявлены древние и средневековые кур-

of Finnish scientists in the Central Asia. Ancient and

ганы, изваяния, наскальные изображения, сделаны medieval barrows, sculptures, rock drawings are revealed, описания, зарисовки и фотографии объектов.

descriptions, sketches and photos of objects are made.

Ключевые слова: Западная Монголия, памятники, исто-

Key words: Western Mongolia, monuments, history, culture,

рия, культура, религия, «оленные» камни, херексуры, тюрк-

religion, «deer» stones, khirigsuures, Turkic culture.

ская культура.

Современная Монголия занимает значительную ния современного образовательного, информацион-

часть Центральной Азии. Интерес к этой области ного пространства, изучения языка и традиционной

со стороны России и других государств долгое вре-

культуры. Кроме этого, Российский Алтай и Западная

мя был продиктован геополитическими и экономи-

Монголия являются перспективной площадкой для ор-

ческими причинами. Меньшее внимание уделялось ганизации культурного туризма. В этом плане особен-

культурно‑историческому наследию. Между тем здесь но ценны сведения, полученные купцами, военными, сконцентрированы памятники разных эпох, поэтому чиновниками, путешественниками в XIX и начале

Монголия по праву считается настоящим «археоло-

XX в. Они заложили фундамент для научного изу-

гическим Эльдорадо». На протяжении тысячелетий, чения Центральной Азии в последующее время, от-

начиная с эпохи неолита, на монгольских просторах крыв для науки значительное количество памятников

зарождались, переживали расцвет и закат яркие куль-

и обозначив ключевые вопросы в осмыслении древ-

туры, оказавшие определяющее воздействие на разви-

них и средневековых культур.

тие сопредельных и удаленных регионов.

Первые сведения о Монголии и населявших ее пле-

К настоящему времени степень изученности от-

менах появились во 2‑й половине XIII в. благодаря

дельных ареалов Монголии существенно разли-

поездкам в регион П. Карпини, Г. Рубрука и М. Поло

чается. Сравнительно слабо освоена ее западная [3, с. 264–266]. С XVII в. Сибирь стала осваиваться

часть. Но уже установлено, что в эпоху поздней русскими землепроходцами. В связи с этим появля-

бронзы и раннескифское время культурное раз-

ется интерес и к соседним территориям. Отдельные

витие Западной Монголии и Алтая было схожим. заметки о культуре и археологических объектах

Своеобразные этнокультурные традиции сформи-

Западной Монголии были оставлены русскими по-

ровались в Центральной и Северной части стра-

слами (В. Тюменец, Н. Спафарий, И. Петлин) [4].

ны. Наконец, Восточная Монголия со своей при-

Следует отметить, что поездки тогда были ослож-

родно‑экологической нишей тяготела к культурам нены почти полным отсутствием сведений о путях

Байкальской Сибири [1–2].

в Монголию и Китай. В. Тюменец побывал в Северо‑

Следует подчеркнуть важность изучения процес-

Западной Монголии в 1616 г. [4, с. 4]. Им оставлены

сов исторического взаимодействия Алтая и Западной одни из первых описаний монгольской культуры, оха-

Монголии. На настоящем этапе это может способ-

рактеризован буддизм [4, с. 8]. Внимание русского ди-

ствовать выработке общих концепций и стратегий пломата привлекли также сведения о кочевых государ-

геополитического, экономического развития, созда-

ствах Центральной Азии [4, с. 16–17].

* Статья выполнена при финансовой поддержке гранта РГНФ «Изучение историко‑культурного наследия Западной

Монголии в XIX — начале XX вв.» (№ 12‑31‑01222а2).

215

история

Маршрут другого русского землепроходца, Составленные карты использовались, в том числе, во-

И. Петлина, в 1618 г. проходил по котловине Убса‑Нур енной разведкой России.

и Хангаю (Северная Монголия). Путешественника по-

Одним из представителей научного направления

разило внутреннее убранство монгольских храмов, в изучении Монголии считается известный русский

в том числе монастыря Эрдэни‑цзу, построенного географ Н. М. Пржевальский (1839–1888). Монголию

на месте столицы монгольских ханов — Каракорума. он обследовал в ходе Центральноазиатской экспеди-

Отдельно он изучал экономические основы хозяйство-

ции (1870–1873 гг.). Другой ученый, М. В. Певцов

вания монголов [4, с. 20].

(1843–1902), побывал в Монголии в 1878 и 1879 гг. Его

Значимый вклад в освещение различных вопро-

экспедиции были организованы за счет ИРГО. Их за-

сов истории Монголии в 1‑й половине XIX в. внес дача заключалась, главным образом, «…в производ-

Н. Я. Бичурин (1777–1853). С 1807 по 1822 г. он за-

стве маршрутной глазомерной съемки на пройденном

нимал пост начальника Российской духовной миссии пути, в определении на нем посредством астрономи-

в Пекине. В Монголии исследователь побывал лично ческих наблюдений географических координат неко-

в 1821 г. по пути от Пекина до Кяхты. Результаты этой торых пунктов, описании дорог и в барометрических

поездки изложены в труде «Записки о Монголии» [5]. определениях высот» [7, с. I–II]. Необходимость работ

Основная заслуга Н. Я. Бичурина заключается в вы-

диктовалась тем, что российское правительство нала-

полненных им переводах китайских династийных хро-

живало торговые контакты с Китаем через Монголию.

ник. До сих пор эти ценные материалы используются Из района Усть‑Каменогорска М. В. Певцов направил-

учеными для реконструкции истории кочевых наро-

ся к хребту Сайлюгем, откуда проследовал к Ховду.

дов хуннуского, тюркского, уйгурского и других пе-

Дальнейший маршрут его путешествия был свя-

риодов. Н. Я. Бичурин по сути дела стал основателем зан с Южной и Юго‑Восточной Монголией, а потом

«фундаментально‑научного» профессионального на-

ученый отправился в Ургу (нынешний Улан‑Батор),

правления в изучении Западной Монголии [6, с. 53].

Улясутай и оттуда — в Кош‑Агач. Экспедиция побы-

В середине XIX в. китайские власти открывают вала также на плоскогорье Укок и в урочище Калгуты.

русско‑монгольскую границу, ранее фактически за-

Несомненно, М. В. Певцов имел возможность фик-

крытую для любых контактов. В связи с этим обсто-

сировать на этой территории разные памятники.

ятельством существенно расширяются исследования Однако конкретные данные на этот счет пока не из-

в Монголии. Они стимулировались за счет геопо-

вестны, поэтому необходимо их выявление в архивах.

литических планов России, были обусловлены бур-

В Монголии исследователь отметил многие элемен-

ным ростом промышленности в результате экономи-

ты религиозных представлений, быта и традиционно-

ческих преобразований 60–70‑х гг. XIX в. Научное го образа жизни. Например, он наблюдал «отчитыва-

направление в изучении Монголии, окончательно ние» больного ламой [8, с. 73].

выделившееся во 2‑й половине XIX в. [6, с. 4–5],

Одной из самых плодотворных была деятельность

носило комплексный характер, т. е. одновременно в Западной Монголии российского исследователя

осуществлялись географические, этнографические Г. Н. Потанина (1835–1920). Он отдал предпочтение

и другие работы. Экспедиции оснащались с помо-

экспедиционному методу исследований и настаивал

щью ряда организаций: Императорского Русского на приоритетном значении непосредственных наблю-

Географического общества (ИРГО), его Западно‑

дений над данными из источников [6, с. 57]. Первая

Сибирского (ЗСИРГО) и Восточно‑Сибирского поездка ученого началась в 1876 г. и продолжалась

(ВСИРГО) отделений, Российского археологиче-

до 1878 г. Ее маршрут охватил котловину Великих

ского общества (РАО), Императорской археологи-

озер, горную цепь Монгольского Алтая. В ходе пу-

ческой комиссии, Московского археологического тешествия был открыт ряд памятников в окрестно-

общества (МАО), а также Министерства иностран-

стях Ховда и Улангома, Барнуля, Улясутая, а так-

ных дел. К примеру, на средства и при поддержке же около озер Убс‑нуур и Хара‑ус‑нуур. Следующая

ИРГО и ВСОИРГО в Западную Монголию выезжал экспедиция (1879–1880 гг.) стартовала в Кош‑Агаче, Г. Н. Потанин.

прошла через хребет Сайлюгем до Улангома, а затем

Приоритетной целью практически всех отрядов направилась на юг, к Монгольсколму Алтаю. В ра-

оставалось изучение Монголии с точки зрения ее по-

боте отряда принимал участие известный исследо-

тенциального использования в военном противостоя-

ватель А. В. Адрианов, занимавшийся дневниковой

нии с Китаем. Это определило необходимость состав-

фиксацией памятников, их фотографированием и за-

ления подробных описаний разных районов страны, рисовкой [9, с. 53].

определения особенностей рельефа и гидрографии,

Второе путешествие проходило в сложных истори-

координат важнейших населенных пунктов; дава-

ческих условиях. В Синьцзяне (Западный Китай) на-

лась характеристика почвам, климату, растительно-

чалось восстание дунган и уйгуров против цинского

сти и животному миру. Проверялись имевшиеся дан-

владычества. И хотя к 1879 г. ситуация стабилизиро-

ные о границах, высотах и астрономических пунктах. валась, отголоски напряженности сохранялись. В уре-

216

изучение памятников истории и культуры Западной Монголии...

гулировании сложившейся обстановки приняли уча-

на специальных площадках (сейчас они называются

стие и российские власти. Однако поездка закончилась «жертвенниками»), но иногда встречаются отдельно.

для Г. Н. Потанина ранее запланированного времени,

Все изваяния Г. Н. Потанин разделял на «оте-

так как в 1880 г. обострились российско‑китайские от-

санные» (в эту группу попали и «оленные» камни,

ношения. Тем не менее ученому все‑таки удалось ис-

и тюркские изваяния) и «неотесанные». В Западной

следовать Монгольский Алтай, добраться до Улангома Монголии он чаще видел «неотесанные» камни [13, и пройти на юг. По сути обследования охватили всю с. 64]. Кроме того, проанализирована семантика изо-

западную часть Монголии. Некоторые из осмотрен-

бражений. К примеру, косые черты на «оленных» кам-

ных Г. Н. Потаниным мест ранее вообще не посеща-

нях он связал с особенностями расположения звезд.

лись русскими путешественниками. Были собраны

В разных районах Западной Монголии Г. Н. Потанин

уникальные зоологические коллекции, сделаны важ-

выявил большое количество херексуров [13, с. 65,

ные географические открытия, уточнены имевшиеся 175]. Сейчас они в основном датируются периодом

представления о Западной Монголии [10, с. 57, 62–63].

поздней бронзы и раннескифским временем. По сути

Благодаря Г. Н. Потанину обширное «белое пятно» дела ученый первым определил круг вопросов, каса-

на археологической карте Центральной Азии было ча-

ющихся изучения этих интересных памятников [13,

стично заполнено. Кроме полевых наблюдений и сбо-

с. 49]. Было отмечено, что они распространены толь-

ра обширного материала исследователь обозначил ко к северу от Гоби. Разные херексуры обнаруже-

и пытался осмыслить разные проблемы археологии. ны на пути от Косогола до г. Улангом по левому бе-

Из зарегистрированных древних объектов достойное регу Тэс, возле оз. Хараа‑ус‑нуур, в долине Буянта, место заняли «оленные» камни. Современный иссле-

Дэлууне и других местах. В каждом случае ученый

дователь Д. Г. Савинов в рамках процесса изучения фиксировал все параметры памятников: размеры,

«оленных» камней выделил начальный этап, который расположение на местности (находятся у подножия

как раз соотносится с работами Г. Н. Потанина. Он да-

гор и в степных районах, нередко рядом с зимника-

тирован 80‑ми гг. XIX в. — 30‑ми гг. XX в. и «…свя-

ми монголов, одиночно или в группах), конструк-

зан с открытием памятников и … попытками осмыс-

тивные элементы (ограда, насыпь, «дополнитель-

ления их культурно‑исторической принадлежности» ные» сооружения — выкладки и др.). Иллюстрацией

[11, с. 8]. Как любые другие изваяния, они тогда назы-

к полевым наблюдениям является альбом рисунков

вались «каменными бабами», «менгирами» или обо-

ко второму выпуску книги «Очерки Северо‑Западной

значались монгольским словом «кишачило» [10, рис. Монголии», где представлены практически все из из-

10; 11–12]. Г. Н. Потанин зарисовал такие вертикаль-

вестных сейчас типов херексуров [13, фиг. 1–24].

ные камни в системе р. Тэльгир‑морин и на р. Читыг Обозначенная Г. Н. Потаниным типология сооружений

[13, с. 69–71, фиг. 28а — в, 29; 14, рис. на с.167, 169], предвосхитила современные разработки в этой обла-

на правом берегу р. Сюндюль, на равнине между ре-

сти [16]. Выделены курган в виде каменной насыпи,

ками Буянт и Кобдо (установлены в оградках), к за-

без дополнительных сооружений (по словам ученого,

паду от оз. Хараа‑ус‑нуур в группе херексуров1 [13, это самый простой вариант оформления); курган с ка-

с. 66]. Неоднократно «оленные» камни встречались менной насыпью и окружающей оградой («каймой»); в «переиспользованном» состоянии (например в тюрк-

херексуры с квадратной оградой (дополненные так-

ских оградках) [13, с. 72, фиг. 31, 32]. Были отмечены же лучами и небольшими насыпями из камней по ее

характерные элементы иконографии скульптур: ско-

углам); курганы с круглой оградой и лучами, сопро-

шенность широкой верхней части, суженность внизу, вождающиеся иногда вертикально установленными

«кружки», пояски, ожерелья, серьги и др. [13, с. 50].

камнями и насыпями за пределами оград и др. [13,

Один из известных сейчас «оленных» камней от-

с. 51–64]. Определены варианты нахождения «олен-

крыт на плоском перевале в районе оз. Даин‑гуль [14, ных» камней в архитектурной планировке херексу-

с. 50]. Г. Н. Потанин отметил «круг» и три косые чер-

ров (вблизи или непосредственно на их насыпи) [13,

ты на южной стороне, лошадь на восточной плоско-

с. 64–66; 9, с. 56–57].

сти камня. В настоящее время В. Д. Кубаревым уточ-

Возле Ховда, а также «на равнине между реками

нены параметры изваяния и его местонахождение [15, Буянту и Кобдо», в долине Харкиры и других местах

с. 109–110]. При тщательном осмотре на монументе Западной Монголии обследованы тюркские ритуаль-

обнаружены изображения пояса, чекана и второй серь-

ные комплексы («четвероугольники»); обозначена

ги. Несмотря на то, что Г. Н. Потанин не был профес-

их конструктивная и планировочная композиция [9,

сионально подготовленным археологом, достаточно с. 54–55]. Охарактеризованы также скульптуры ти-

большое внимание от отводил тщательной фиксации пично тюркского облика [13, с. 70–74], но исследо-

изваяний. Ученый указал, что «оленные» камни на-

ватель их более конкретно не атрибутировал, рассма-

ходятся в составе различных курганов, установлены тривая в группе «отесанных» кишачило.

1 Очевидно, Г. Н. Потанин называл херексурами курганы, многие из которых сейчас отнесены к разным культурам

и периодам.

217

история

Необходимо отметить, что верной спутницей зафиксировав к западу от него разнотипные херек-

ученого в поездках по Центральной Азии была его суры. Исследователь внес свой неоценимый вклад

жена — А. В. Потанина. Путевые наблюдения обобще-

в разработку периодизации древних культур Алтая

ны ею в отдельной работе, в которой рассматриваются и Монголии. Предложенная им схема в общих поло-

история, культура, образ жизни монгольских народов. жениях согласуется с современными научными разра-

Ценные замечания сделаны относительно буддийских ботками в этой области (более подробно [12]).

монастырей, своеобразного феномена буддийско‑ша-

В 1890‑е гг. в Западной Монголии работал один

манского синкретизма [17].

из выдающихся сибирских ученых Д. А. Клеменц

В составе первой экспедиции Г. Н. Потанина (1947–1914). Прежде всего он известен как крае-

работал известный впоследствии востоковед вед, исследователь древней и средневековой исто-

А. М. Позднеев (1851–1920). В указанную по-

рии Минусинской котловины, а также первооткрыва-

ездку, продолжавшуюся до 1879 г. (с 1877 г. тель великолепных памятников тюркской и уйгурской

уже без Г. Н. Потанина) он был командирован письменности в Монголии [22].

Министерством народного просвещения [18, с. 12].

В 1891 г. Д. А. Клеменц работал в составе

В архиве востоковедов Санкт‑Петербургского фи-

Орхонской экспедиции В. В. Радлова, организован-

лиала Института востоковедения РАН (СПБФ ИВ ной Императорской Академией наук. Для более де-

РАН) хранится дневник с путевыми заметками тального знакомства с археологией страны он был

А. М. Позднеева, которые датируются скорее всего направлен в рекогносцировочную поездку от Орхона

1879 г. Ученый в нем описывает р. Буянту, Нарим, на запад. В результате были выявлены разнообразные

г. Ховд, урочище Хара‑усу и другие места Западной древние объекты [23, с. 2–3]. Частично исследователь

Монголии, а также отмечает курганы и обо, буддий-

повторил путь, пройденный ранее П. Кафаровым,

ские культовые сооружения [19, л. 2–3, 4об, 10].

А. М. Позднеевым и М. В. Певцовым. Следующая

Второе путешествие исследователя (1892–1893 гг.) поездка ученого в Монголию состоялась в 1894 г.

было инициировано Министерством иностранных В том же году по ее результатам Д. А. Клеменц сде-

дел. Его цель состояла в разностороннем изучении лал специальный доклад на заседании историко‑фи-

населения Монголии, ее экономического положения лологического отделения Императорской Академии

и административного устройства, перспектив россий-

наук. В нем были представлены результаты обследо-

ско‑китайской торговли, причин антиевропейских вы-

ваний археологических памятников, геологических

ступлений в Китае [20, с. 93].

объектов и растительности страны. Д. А. Клеменц со-

По большей части А. М. Позднеев интересовался общал о том, что изучил окрестности Урги и обнару-

этнической историей и религией монголов, письмен-

жил разнообразные древние сооружения [24, с. 262].

ными памятниками и фольклором [6]. Его интере-

По его словам, в районе Улясутая и Дзанхына (ны-

совал буддизм, положение буддийского духовенства нешний Завханский аймак Западной Монголии) до-

в Монголии и России [20, с. 88–89]. Из памятников вольно мало археологических памятников. Больше

старины А. М. Позднеев фиксировал только те объ-

объектов — юго‑западнее, на территории Гобийского

екты, которые хорошо просматривались на откры-

Алтая [24, с. 267, 270]. Д. А. Клеменц, кроме это-

той местности, поэтому среди них в основном ока-

го, имел возможность наблюдать развитие торгов-

зались вертикально установленные камни. Во время ли в Улясутае — крупном на тот момент городе

второй поездки «оленные» камни, разнообразные Западной Монголии.

стелы зафиксированы в долине р. Таца, впадаю-

В результате осмотра херексуров ученый сделал

щей в оз. Цаган‑нуур, в долине р. Шара‑усу и т. д. вывод, что их строители расселялись и в Гобийском

[18, с. 201, 217–218]. А. М. Позднеев обоснованно Алтае, но центр культуры находился в Хангае [24, отметил, что на «оленных» камнях далеко не всег-

с. 271]. Были также обозначены возможности рекон-

да есть изображения оленей, поэтому неправомер-

струкции исторических судеб носителей тюркской

но разные монументы называть одним термином культуры. Д. А. Клеменц указал, что ее истоки сле-

[18, с. 219–220].

дует искать на севере Сибири [24, с. 272]. Именно

В Западной Монголии он осмотрел херексу-

благодаря исследованиям памятников обозначен-

ры (с круглой и квадратной оградой, с насыпями ной общности Д. А. Клеменц стал известен как ар-

по углам); у многих отмечены следы ограбления [18, хеолог. Например, открытая им Ихэ‑Ханын‑норская, с. 48]. Целое скопление таких курганов А. М. Позднеев Хэнтэйская надписи пролили свет на некоторые мо-

обнаружил в долине р. Шара‑усу, а также в районе менты раннесредневековой истории Монголии [22, слияния ее с р. Буянт [18, с. 223–224]. В тех же местах с. 141]. Известность также принесли работы на раз-

выявлены «оленные» камни [18, с. 225].

валинах Каракорума и Хара‑балгасуна.

Значительный вклад в осмысление различных про-

В 1895 г. Д. А. Клеменц вновь отправился в пу-

блем истории Монголии внес академик В. В. Радлов. тешествие по Западной, Центральной и Восточной

Еще в 1870 г. он побывал в районе г. Ховда [21, с. 5–6], Монголии. Результаты этой поездки отражены в по-

218

изучение памятников истории и культуры Западной Монголии...

левом дневнике, хранящемся в Архиве востоковедов вание указанной части Монголии [27, Kartenbeilage Института востоковедения РАН. В нем представлена 1], а уровень его научных обобщений согласовывал-

некоторая информация по археологическим памятни-

ся с самыми передовыми идеями в развитии отече-

кам. В Западной Монголии (возле Хара‑усу, Харакчи‑

ственной археологии начала XX в.

гуй и т. д.) Д. А. Клеменц во множестве встречал хе-

Высокую концентрацию древних сооружений

рексуры различных типов и «оленные» камни [25, в Западной Монголии И. Г. Гранэ объяснял тем, л. 11об., 10, 24об., 25, 29об., 38, рис. на л. 29об., что данная территория благоприятна для прожива-

30об., 39].

ния кочевых народов; характер жизнедеятельности на-

Было обследовано тюркское изваяние возле селения существенно с древних времен не изменился

Улангома, открытое Г. Н. Потаниным [25, л. 21об., [28, с. 2–4]. При осмотре памятников фиксировались

22]. Д. А. Клеменц писал, что над камнем выстрое-

следы их ограбления или разрушения. Исследователь

на глинобитная избушка, а весь он увешан лоскута-

отметил насыщенность археологическими объектами

ми [25, л. 21об.].

плато Укок (Российский Алтай), долины рек Цаган‑гол

В 1896 г. Д. А. Клеменц предпринял очередное и Кобдо, а также территорию между городами Ховд

путешествие по Монголии, а в 1898 г. стартовала и Улясутай. Им зафиксированы херексуры и другие

Турфанская экспедиция из Кош‑Агача в направле-

курганы, «оленные» камни и тюркские изваяния, ри-

нии г. Ховда.

туальные комплексы и жертвенники. Все материалы

Во время всех названных поездок Д. А. Клеменц фотосъемок и зарисовок отражены в специальном

производил маршрутную съемку, делал многочислен-

альбоме [27]. И. Г. Гранэ одним из первых довольно

ные фотографии и рисунки древностей, уточнял и до-

четко обозначил сходство сооружений из Западной

полнял имевшиеся данные о Северной и Западной Монголии и Алтая, тем самым заложив традицию

Монголии.

рассмотрения этих территорий как единого истори-

В 1899–1901 гг. по Западной Монголии прохо-

ко‑культурного ареала. Увиденные памятники древ-

дила часть маршрута П. К. Козлова (1863–1935). ности были им разделены на следующие типы [27, Продвигаясь по р. Кобдо, ученый «по пути» отметил Taf. I–IX; 26]:

херексуры с оградами. Они зафиксированы и на гра-

1. «Степные могилы» (Steppengräber). Судя по опи-

нице Монгольского Алтая с Хангайской горной си-

саниям, в этот тип включены тюркские оградки, че-

стемой.

мурчекские курганы, херексуры с квадратной огра-

К концу XIX в. в российских экспедициях, на-

дой и плиточные могилы. Группы «степных могил»

правлявшихся для изучения Монголии, наметилось интерпретированы И. Г. Гранэ как погребения семей-

«разделение труда». Выделялись отряды, занимав-

ные [26, с. 25].

шиеся археологией, антропологией и др. В результа-

2. «Могильные холмы» (Grabhügel). К ним отне-

те к началу XX в. в отечественной науке сложилось сены курганы, херексуры, чудские могилы, киргиз-

понятие о Западной Монголии как целостном куль-

ские могилы из Урянхайского края (Тува), Северо‑

турно‑историческом и природно‑экологическом ре-

Западной Монголии, плато Укок на Алтае [28, с. 8–9].

гионе [6, с. 7].

Видимо, сюда же И. Г. Гранэ включил тюркские оград-

В начале XX в. в Западной Монголии побы-

ки с балбалами.

вали многочисленные государственные деяте-

3. «Каменные кладки» (Steinsetzungen).

ли, военные и чиновники (Г. Е. Грумм‑Гржимайло, Путешественник отметил, что они имеют неболь-

Ю. А. Сосновский, Н. Ф. Веселовский, И.‑Р. Аспелин, шие размеры, встречаются вместе с памятниками

В. В. Сапожников, Б. Я. Владимирцов и др.). двух предыдущих типов, но с могилами не связаны.

Отдельный вклад в изучение культур Западной Больше всего «каменных кладок» находится на пло-

Монголии внесли финские исследователи. Их дея-

скогорьях Алтая, особенно в истоках р. Кобдо, а так-

тельность еше требует специального осмысления, же в Хангае; реже — в остальных частях Западной

а для этого необходимы переводы соответствующих Монголии. С «каменными кладками» связаны ряды

публикаций на русский язык и их последовательное камней, чаще неотесанных.

введение в научный оборот. Уже имеются некоторые

4. «Каменные столбы» (Steinpfeiler). Встречаются

данные по пребыванию в Западной Монголии одно-

отдельно, вместе со «степными могилами» или «мо-

го из исследователей — И. Г. Гранэ (1882–1956) [26]. гильными холмами», имеют различную форму, со-

Он был известным географом, стипендиатом Финно‑

держат рисунки и надписи [28, с. 35]. На некоторых

угорского общества (Финляндия, Турку). На террито-

стелах И. Г. Гранэ отметил типичные для «олен-

рию Монгольского Алтая он предпринял три поезд-

ных» камней изображения: «пятиугольники», круж-

ки (1906, 1907 и 1909 гг.). Позднее по результатам ки и углубления, три короткие параллельные линии, археологических наблюдений были составлены спе-

оружие, тамги и др.

циальные сообщения [27; 28]. Этот путешественник

Все изваяния он разделил на необработанные

фактически первым осуществил сплошное обследо-

камни; камни со следами обработки (с заглаженны-

219

история

ми гранями); камни с рисунками. Необходимо от-

бражения на «оленных» камнях. «Кружок» находит-

метить, что в общих чертах данная классификация ся на той стороне, на которую будет падать солнце

согласуется с современной типологией «оленных» в момент изготовления изваяния и его установки [28, камней Евразии, разработанной В. В. Волковым с. 41]. «Поясок» показывает горизонт, другие изобра-

и Д. Г. Савиновым [11].

жения могут символизировать звезды.

И. Г. Гранэ обратил внимание на то, что с помощью

Ряды каменных стел от могил, по мнению

рисунков изваяние делится на две‑три зоны, назначе-

И. Г. Гранэ, указывают направление в сторону нахож-

ние которых различно [26, с. 40]. Как и А. М. Позднеев, дения потустороннего мира. Кроме того, строители

он полагал, что название часто не отражает специфи-

древних сооружений могли ориентироваться на при-

ку объектов. На некоторых стелах изображения оле-

родные объекты (священная гора и др.).

ней вовсе отсутствуют, но имеются другие реалии [27,

Завершая обзор, необходимо сказать, что материа-

c. 53–54; 28, с. 45].

лы, полученные в XIX — начале XX в., показали уни-

5. «Иллюстрации» (Bildwerke). Сюда отне-

кальность историко‑культурного развития Западной

сены тюркские изваяния, скульптуры животных Монголии в Древности и Средневековье. Корпус от-

из Восточного Хангая и Урянхая [28, с. 48–50].

крытых памятников и первые попытки их научной

6. Наскальные рисунки и надписи (Felsenzeichnungen интерпретации стали основой для последующих ис-

und Inschriften). Отмечен наиболее распространенный следований. Дальнейшее изучение региона подтвер-

набор сюжетов. Выявлены образцы старомонгольско-

дило обозначенные ранее концепции и предположе-

го, китайского и тибетского письма.

ния, наполнив их конкретным содержанием. Кроме

И. Г. Гранэ интересовал также вопрос реконструк-

этого, некоторые сведения могут быть использованы

ции древних верований, и в этом плане он ориенти-

в проектах сохранения культурного наследия регио-

ровался на астроархеологические знания. Ученый на. О местонахождении и внешнем виде целого ряда

исходил из предположения о наблюдениях древним памятников, утраченных к настоящему времени, мож-

населением за движением солнца. Якобы день они но судить только по рисункам, чертежам и фотогра-

сравнивали с жизнью, ночь — со смертью [28, с. 18]. фиям, сделанным путешественниками и исследовате-

Движение солнца, по его мнению, отражают изо-

лями в XIX — начале XX в.

Библиографический список

1. Ковалев А. А., Эрдэнэбаатар Д. Ранний и средний пе-

9. Потанин Г. Н. Памятники древности в Северо‑Запад-

риоды бронзового века Монголии в свете открытий Меж-

ной Монголии // Древности. — М., 1885. — Т. X.

дународной центрально‑азиатской археологической экспе-

10. Сагалаев А. М., Крюков В. М. Потанин, последний

диции // Древние культуры Монголии и Байкальской Сиби-

энциклопедист Сибири: Опыт осмысления личности. —

ри. — Улан‑Удэ, 2010.

Томск, 2004.

2. Ковалев А. А., Эрдэнэбаатар Д. Поздний бронзовый

11. Савинов Д. Г. Оленные камни в культуре кочевни-

век и начало раннего железного века Монголии в свете от-

ков Евразии. — СПб., 1994.

крытий международной центрально‑азиатской археологи-

12. Шелепова Е. В. Хроника археологического изуче-

ческой экспедиции // Древние культуры Монголии и Бай-

ния Западной Монголии до 1920‑х гг. // Природные усло-

кальской Сибири. — Улан‑Удэ, 2010.

вия, история и культура Западной Монголии и сопредель-

3. Ядринцев Н. М. Путешествие на верховья Орхо-

ных регионов. — Ховд ; Томск, 2011. — Т. II.

на, к развалинам Каракорума // Известия ИРГО. — СПб.,

13. Потанин Г. Н. Очерки Северо‑Западной Монголии

1890. — Т. XXVI. — Вып. 4.

(Результаты путешествия, исполненного в 1876–1877 гг.

4. Банников А. Г. Первые русские путешествия в Мон-

по поручению Императорского Русского географического

голию и Северный Китай. — М., 1954.

общества) : в 3‑х вып. — СПб., 1881. — Вып. II.

5. Бичурин Н. Я. [Иакинф] Записки о Монголии. —

14. Потанин Г. Н. Путешествие по Монголии. — М.,

СПб., 1828.

1948.

6. Задваев Б. С. Западная Монголия в трудах россий-

15. Кубарев В. Д. Путешествие в страну «стерегущих

ских исследователей и путешественников XVIII — нача-

золото грифов»: из полевого дневника археолога. — Ново-

ла XX вв. : автореф. дис. … канд. ист. наук. — СПб., 2006.

сибирск, 2004.

7. Певцов М. В. Очерк путешествия по Монголии и се-

16. Савинов Д. Г., Сэрээтэрийн Урантугс. Опыт

верным провинциям Внутреннего Китая. — Омск, 1883.

типологии херексуров // Алтае‑Саянская горная стра-

8. Певцов М. В. Путешествия по Китаю и Монголии. —

на и история освоения ее кочевниками. — Барнаул,

М., 1951.

2007.

220

изучение памятников истории и культуры Западной Монголии...

17. Потанина А. В. Из путешествий по Восточной Си-

23. Клеменц Д. А. Археологический дневник поездки

бири, Монголии, Тибету и Китаю : сб. ст. А. В. Потани-

в Среднюю Монголию в 1891 г. // Сборник трудов Орхон-

ной. — М., 1895.

ской экспедиции. — СПб., 1895. — Т. II.

18. Позднеев А. В. Монголия и монголы. Результа-

24. Клеменц Д. А. Краткий отчет о путешествии Д. Кле-

ты поездки в Монголию, исполненной в 1892–1893 гг. —

менца по Монголии за 1894 г. // Известия Императорской

СПб., 1896. — Т. I.

Академии наук. — СПб., 1895. — Т. III.

19. Позднеев А. В. Путевые заметки и другие разно-

25. Клеменц Д. А. Путевые дневники за 1895 г. // Архив

характерные записи. 1879 г. // Архив востоковедов ИВР

востоковедов ИВР РАН. — Ф. 28. — Оп. 1. — Ед. хр. 89.

РАН. — Ф. 44. — Оп. 1. — Ед. хр. 37.

26. Шелепова Е. В., Мунхбаяр Ч. Археологические ис-

20. Ермакова Т. В. Буддийский мир глазами российских

следования И. Г. Гранэ на территории Монголии // Немец-

исследователей XIX — первой трети XX в. — СПб., 1998.

кие исследователи на Алтае. — Горно‑Алтайск, 2007.

21. Радлов В. В. Сибирские древности (из путевых за-

27. Gräno J. G. Archäologische Beobachtungen von meiner

писок по Сибири). — СПб., 1896.

Reise in Südsibirien und der Nordwestmongolei im Jahre 1909.

22. Кляшторный С. Г. Д. А. Клеменц и открытие па-

Journal dela Societe Finno‑Ougrienne. XXVIII. — Helsinki,

мятников древнетюркской письменности // Пигмалион

1910.

музейного дела в России (к 150‑летию со дня рождения

28. Gräno J. G. Nordwestmongolei. Formen der

Д. А. Клеменца). — СПб., 1998.

Altertümer. — Helsingfors, 1910.