Политический статус Монголии.

ИСТОРИЯ МОНГОЛИИ

МОНГОЛИЯ В ДВАДЦАТОМ ВЕКЕ

СТАТУС МОНГОЛИИ

Баярын Жаргалсайхан - журналист, один из самых опытных Монгольских дипломатов. На протяжении более чем пятидесяти лет он представлял интересы монгольского народа и правительства в различных странах и на международных форумах. Служебные обязанности привели его в Азию, Америку и Европу. Он является свидетелем множества важных исторических события в политке и дипломатии, происшедших в прошлом веке как в Монголии, так и на мировой арене. В период с 1941 по 1945 год Б. Жаргалсайхан трудился в дипломатическом представительстве Монголии в СССР и наблюдал за героической борьбой советского народа в годы Великой Отечественной войны. События тех лет монгольский дипломат описал в своей книге воспоминаний "Волею судьбы". В ней автор также размышляет о значительных событиях 1940-х годов, таких как Ялтинское соглашение, общенациональный референдум, и выдвижение Монголии на международную сцену.

В работе Баярына Жаргалсайхана "Статус Монголии" исследуется сложный и многогранный процесс становления Монголии как независимого государства в период начала XX века. Аннотация охватывает ключевые вехи истории, начиная с провозглашения независимости в 1911 году и завершая вступлением страны в Организацию Объединенных Наций.

НЕЗАВИСИМОСТЬ МОНГОЛИИ. ПЕРВЫЕ ШАГИ В 20 ВЕКЕ

Первые шаги к независимости были предприняты Монголией в 1911 году, когда после падения Цинской династии в Китае, страна обрела самостоятельность. Однако признание этого статуса на международной арене потребовало длительных переговоров и заключения ряда договоров. В 1914 году состоялись знаменитые Кяхтинские соглашения, которые обозначили временное признание России и Китая полунезависимого статуса Монголии.

После многолетнего маньчжурского господства, в ноябре 1911 года Монголия провозгласила свою независимость, и с возведением 20 декабря Богдо Чжебцзундамба- хутухты на хаганский престол, наше государство обрело независимый и суверенный статус. Но в конце декабря 1912 года правительство Царской России обратилось к правительству Китая с предложением о проведении переговоров по вопросам Внешней Монголии, в котором официально заявлялось о признании Россией китайского сюзеренитета в Халха - Монголии. На основе такого заявления, не только вызывающего сомнение, но и исключающего независимость Монголии, в сентябре 1914 года начались Кяхтинские трехсторонние переговоры. Поскольку монгольская сторона на этих переговорах придерживалась твердой позиции о сохранении и защите независимости, переговоры продлились 9 месяцев, в течение которых состоялись более 100 встреч и заседаний. На переговорах Монгольская делегация ставила требования, заключающиеся в обеспечении прав на самостоятельность и суверенитет, в признании вечного существования Монгольской державы, во включении в состав Монгольского государства 150 хошунов 4х аймаков Внешней Монголии, 49 хошунов 6 аймаков Внутренней Монголии, Хулэнбуйрских баргутов, ойлетов, а также урианхайцев, казахов, даригангцев, чахаров, туметов и других. Но, монголам пришлось под сильнейшим нажимом двух великих держав воздержаться от суверенитета и принять статус автономии. Иначе говоря, осуществилось то, что было оговорено в нотах о признании суверенитета Китая в Монголии, обмененных в начале 1913 года представителями России и Китая.

С окончанием Кяхтинских переговоров 25 мая 1915 года, Внешняя Монголия потеряла статус суверенного государства. Впоследствии, под оккупацией китайских войск, в ноябре 1919 года пришлось отказаться и от статуса автономии и принять статус рядовой китайской провинции. Затем после изгнания из Урги китайских милитаристов Бароном Унгерном, Богдо Чжебзун-дамба-хутухта был вновь возведен на хаганский престол, что как бы возрождает статус 1911 года, но почему- то об этом умалчивают наши историки. И великим соседям также не представилась возможность обсудить эту проблему, так как через несколько месяцев победила Народная революция, были изгнаны интервенты и была провозглашена наша независимость.

Отсюда видно, что статус нашего государства, в течение второго десятилетия XX века, включая провозглашение Республиканскою строя в 1924 году, менялся 6-7 раза. С 1921 года в нашем государстве при поддержке северного соседа начался период относительно независимого существования. С заключением 5 ноября 1921 года договора о советско-монгольской дружбе, с признанием советской стороны нашей независимости, вновь был возрожден наш статус. Но, несмотря на это, провозглашение советско-китайским договором китайского сюзеренитета в Монголии, заставило нас до 1945 года существовать в изоляции от внешнего мира. Советско-китайское соглашение, подписанное 31 мая 1924 года в Пекине, в результате переговоров по восстановлению отношений, проведенных в 1924 году между Л. Караханом и Ван Жонем, является итогом неоднократных переговоров, проведенных в период от 1911 года вплоть до 1924 года между Россией- Китаем и СССР-Китаем.

Период с 1921 по 1924 годы стал решающим в укреплении автономии Монголии. Благодаря Советской помощи, в 1921 году здесь была провозглашена Народная Республика, что ознаменовало окончательное освобождение от китайского влияния. В последующие годы были заложены основы социалистического государства, что значительно укрепило позицию Монголии на международной арене.

Революционные движения в Халха-Монголии, произошедшие дважды с интервалом в 10 лет, каждый раз объявляли независимость своей страны и устанавливали относительную суверенность, но не смогли добиться по причинам, не зависящим от нас самих вплоть до Второй мировой войны признания Монголии в качестве субъекта международного права.

ЯЛТИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 1945 ГОДА

В феврале 1945 года состоялась Ялтинская конференция руководителей союзных держав. В работе конференции участвовали, кроме Черчилля, Рузвельта и Сталина, министры иностранных дел, начальники Генеральных штабов Англии, Америки и СССР. Поскольку приближалось окончание войны в Европе, они обсуждали вопросы о завершении войны с безоговорочной капитуляцией Германии, о послевоенном устройстве мира, о создании оккупационных зон, о понесенных в ходе войны ущербах и репатриациях, а также о создании универсальной международной организации по поддержанию мира и международной безопасности. Участники встречи большое значение придавали проблемам Азии и Дальнего Востока. Были приняты решения по поводу предложения СССР об его участии в войне против Японии после окончания войны в Европе, о признании статуса-кво Внешней Монголии, пересмотре Портсмутского мирного договора с передачей СССР Курильских островов и по другим вопросам. Значение конференции для нас заключалось в ее позитивном решении признания нашего международного статуса, что являлось в течение десятилетий жизненно важной целью Монгольского государства. Латинское слово «ststus», в международном понимании означает «положение», а понятие «статус-кво» в международно-правовом обороте связано с гарантированием или восстановлением «существующего или существовавшего положения». Не вдаваясь в древнюю историю статуса (иначе о правовом положении) Монгольского государства, практически невозможно было говорить о независимом статусе нашего государства, поскольку в течение более двухсот лет оно входило в состав владения Маньчжурской империи. Разговоры о том, что маньчжуры относились несколько своеобразно к Внешней Монголии, можно сказать не более чем стремление самих монголов, нежели маньчжурской политикой. На рубеже Х1Х-ХХ веков, в результате столкновения интересов великих держав, наряду с ослаблением и распадом Маньчжурской державы, возрастало центробежное стремление многих народностей ее окраины обрести независимость. Возможность их к самостоятельности, ограничивалась в зависимости от внешних и внутренних факторов, а в отдельных случаях только заменой сюзерена.

После Ялтинской конференции Китай объявил о своем толковании относительно «сохранения статуса-кво Внешней Монголии (МНР), и признании ее как его части. Спор на эту тему между Сталиным с одной стороны и Чан Кайши, Сун Цзевэнь, Цзяп Цзинго с другой, продолжался в течение многих месяцев в ходе переговоров по заключению Договора о дружбе и союзе между СССР и Китаем. Нам, следовало бы оценить ту историческую правду об усилиях, проявленных Сталиным для получения согласия Китая на независимость Монголии путем увязки участия СССР в войне против Японии и освобождения Северо-Восточного Китая. Здесь, думается, также шел разговор о неоказании Советами прямой помощи Компартии Китая, о предоставлении правительству Чан Кайши помощи вооружением. Согласно нотам, являвшимся неотъемлемой частью Договора, обмененными Молотовым и Ван Шицзе за неделю до объявления войны, Китайская республика согласилась признать независимость Монголии на основе всенародного волеизъявления. На позитивное решение проблемы также оказало влияние назначение Гарримана для участия в переговорах президентом США Рузвельтом полномочного представителя по претворению Ялтинских соглашений.

В нашей стране проводилась огромная работа по проведению плебисцита. Было организовано 4251 пунктов для голосования и проведен общенародный референдум. За ходом плебисцита, проходившего 20 октября 1945 года, наблюдала делегация Китая, в составе 12 человек во главе Лен Фанчаном. После официального сообщения результатов плебисцита правительствам Китая и Советского Союза, Китай признал суверенитет и независимость нашего государства, и между Монголией и Китаем, было установлено дипломатическое отношение. Это стало особым событием, не имеющим аналога в обыденной дипломатической практике.

Главной причиной того, что на этот раз независимость Монголии по старой традиции не стала разменной картой на переговорах российского и китайского министров, были серьезные козыри на руках у Сталина - Ялтинские соглашения и освобождение северо-восточного Китая в результате войны с Японией. На вопрос китайских делегатов, почему русские выделяют вопрос монгольского суверенитета, Сталин ответил, что Внешняя Монголия не желает объединения с Китаем или объединения с СССР, а желает обрести собственную независимость. Кроме того, проблема Внешней Монголии - это проблема, имеющая военно-стратегическое значение. Если вражеские войска вторгнутся на территорию Внешней Монголии, а в последствие перейдут границу Советского Союза и захватят Транссиб, это будет означать поражение России.

Вне всякого сомнения, Рузвель Черчилль и Сталин были выдающимися деятелями и сыграли ключевую роль в ходе Второй мировой войны Таким образом, люди, возглавившие свои страны в это непростое врем оставили как положительный, так отрицательный след в истории. Для каждого монгола эта «тройка» связана с вопросом обретения статуса независимости. Многие сходятся во мнении, что у Монголии была единственная возможность обрести статус независимого государства - на стыке Второй мировой и "холодной войн". Говоря словами Лонгфелло; это был «золотой момент», когда решалась судьба Монголии. Если бы вопрос статус-кво Монголии не решился тогда, неизвестно какой бы сейчас был у Монголии статус. Бесспорно, Монголия разделила бы судьбу отсталой национальной окраины какой-либо из империй.

ПРИНЯТИЕ МОНГОЛИИ В ЧЛЕНЫ ООН

Спустя 4 месяца после официального признания МНР, 21 июня 1946 г., премьер-министр и министр иностранных дел МНР Х. Чойбалсан заявил о намерении Монголии стать членом ООН, сделав первый шаг в направлении участия в работе международной организации. В заявлении монгольского правительства, констатируя факт существования Монголии как самостоятельного государства в течение 25 лет, обоснованно указывалось на посильный и достойный вклад Монголии в общую борьбу объединенных
наций против фашизма во время Второй мировой войны. Она также выразила свое желание и готовность уважать Устав ООН и выполнять все вытекающие из него обязательства.

Комитет по принятию новых членов, созданный по инициативе Совета безопасности ООН в июле 1946 г., ссылаясь на тот факт, что такие страны, как США, Австралия, Египет, Нидерланды и Британия, выразили желание получить дополнительную информацию о Монголии, обратился к МИД МНР с просьбой предоставить информацию по следующим вопросам:

Каково состояние внешних сношений Монголии на данный момент, включая ее политические, экономические, социальные и культурные аспекты?
Какова политика Монгольского правительства по развитию внешних сношений, особенно в сфере обмена дипломатическими и консульскими делегациями с другими странами?
Получала ли до этого времени от других стран, кроме СССР и Китая, запросы обменяться дипломатическими и консульскими делегациями и как отвечала на такие запросы.

Правительственная делегация МНР в составе первого заместителя премьер-министра Ю. Цэдэнбала, заместителя министра иностранных дел Н. Лхамсурэна, начальника департамента МИД Б. Жаргалсайхана прибыла в августе 1946 г. в Нью Йорк, в штабквартиру ООН, для предоставления комитету по принятию новых членов ООН дополнительной информации и для участия в качестве наблюдателя в процессе обсуждения заявления МНР на заседании Совета безопасности.

США, Великобритания, два из пяти постоянных членов Совета безопасности, отказались поддержать кандидатуру Монголии при голосовании Совета безопасности, состоявшемся в августе 1946 г. За ее прием голосовали три из пяти постоянных членов
Совета безопасности – СССР, Гоминьдановский Китай, Франция. Из непостоянных членов Бразилия, Мексика, Польша проголосовали «за»; Египет, Австралия воздержались, а Нидерланды проголосовали «против». Представитель Египта объяснял свое воздержание «недостаточной информацией о МНР».

Выступая на заседании Совета безопасности 29 августа, представитель Великобритании сэр А. Кадоган высказался за отсрочку приема МНР. Он мотивировал это тем, что Монголии не хватает опыта в международных отношениях. «Правительство Внешней Монголии, – говорил он, – фактически находится в дипломатических отношениях лишь с двумя государствами. Быть может, оно само в этом и не виновато, но это, конечно, свидетельствует о том, что Монголия еще не приобрела в международных делах опыта, достаточного для того, чтобы принять должное участие в международной работе Объединенных Наций».

С тех пор она подавала заявку на членство в 1947, 1948, 1949, 1952, 1955, 1956 и 1957 годах и вопрос о вступлении рассматривался четыре раза, но безуспешно. К сожалению, нарушив подписанные Ялтинские соглашения 1945 г., США почти 20 лет, с 1945 по 1961 г. , блокировали вступление Монголии в ООН.

Госсекретарь США Жон Фостер Даллес и министр иностранных дел СССР В. М. Молотов обменялись мнениями по поводу новых членов ООН во время Женевского совещания министров иностранных дел осенью 1955 г. Даллес был настроен против кандидатуры МНР. Опираясь на инструкции Президиума ЦК, в соответствии с которыми Москва соглашалась на прием в ООН 18 стран, включая и Японию, с которой в это время велись переговоры о нормализации отношений, В. М. Молотов напоминал о возражениях, которые имелись у СССР относительно приема в ООН Японии и особенно Испании.

В 1955 г. Генеральная ассамблея высказалась за принятие МНР в ООН в числе 18 стран, которые были выдвинуты целым пакетом в духе принципа универсальности. За прием 18 стран, в т. ч. Монголии, энергично выступали делегации многих стран членов ООН. При обсуждении Канадской резолюции в Совете безопасности в декабре 1955 г. правительство Чан Кайши наложило вето на прием МНР. В ответ представитель СССР отказался поддержать кандидатуру Японии и Испании, тем самым Канадская резолюция не прошла через Совет безопасности.

В декабре того же 1955 года Монголия заручилась поддержкой Индии, с которой ее связывали узы давней традиционной дружбы и культурных контактов. Индия неизменно выступала за скорейшее принятие МНР в ООН. Примеру Индии последовало другое крупное государство – Индонезия, с населением почти в 90 млн чел., которая установила дипломатические связи с МНР 22 декабря 1956 г.

Вопрос о приеме МНР вновь был поставлен на повестку дня Совета безопасности в декабре 1956 г. При голосовании на Совете безопасности СССР, Югославия, Иран и Перу проголосовали «за», представители Чан Кайши и батистской Кубы – «против», 5 членов – Австралия, Бельгия, Великобритания, США и Франция воздержались.

19 апреля 1961 гОДА по предложению СССР и ряда других стран, Генеральная ассамблея приняла специальную резолюцию в поддержку приема Монголии и Мавритании в ООН. В ней Ассамблея заявила, в частности, что, «по ее мнению, Монгольская Народная Республика является миролюбивым государством, отвечающим постановлениям статьи 4 Устава ООН, и что она способна и готова выполнять обязательства, содержащиеся в Уставе, и поэтому должна быть принята в члены Организации Объединенных Наций».

Судя по официальному отчету о 97-м заседании Совета безопасности ООН, состоявшемся 25 октября 1961 г., рассмотрение просьбы МНР о вступлении в ООН прошло следующим образом. В. А. Зорин в своем выступлении подчеркивал, что Монголия является одной из стран с древним историческим прошлым и ныне она поддерживает дипломатические отношения с 21 государством четырех континентов, в которых проживают больше половины населения земного шара. Он заявил: «Советский представитель призывает членов Совета безопасности правильно разрешить вопрос о приеме МНР в ООН на этот раз и покончить с несправедливым обращением с этим государством, выжидающим своего законного вступления в Организацию Объединенных Наций начиная с 1946 года».

Отражая волю большинства членов ООН, Совет безопасности 25 октября 1961 г. рекомендовал принять Монгольскую Народную Республику в ООН. За ее прием голосовали Великобритания, Франция, СССР, Объединенная Арабская Республика, Либерия, Турция, Цейлон, Чили, Эквадор. США воздержались. Чанкайшистский представитель не участвовал в голосовании и вышел из зала во время голосования. 27 октября 1961 г. Генеральная ассамблея единодушно утвердила рекомендацию Совета безопасности принять МНР в ООН. Таким образом, ведущие мировые державы, включая США, СССР, Великобританию и Францию, занимали позиции на идеологической основе по вопросу о приеме новых членов в ООН в первое десятилетие холодной войны и всячески старались расширить состав ООН за счет тех или иных стран, которые отвечали их критерию о членстве в ООН. Одним из главных факторов, который многие годы мешал решению вопроса о приеме МНР, было применение права вето режимом Чан Кайши, который рассматривал МНР как «сателлит» СССР.

К концу 1950 – началу 1960-х гг. соотношение сил в ООН между ведущими мировыми державами, с одной стороны, и бывшими колониальными странами Азии, Африки и Латинской Америки – с другой изменилось кардинальным образом. СССР не только признал возможность мирного сосуществования двух блоков – западного и восточного, но и отчетливо видел появление зоны мира в лице стран третьего мира. СССР как один из учредителей ООН стал рассматривать расширение членства в ООН за счет новых независимых государств Азии и Африки как возможность укрепить роль ООН в разрешении международных кризисов. Принятие МНР в ООН ознаменовало окончательное утверждение страны как самостоятельного и полноправного субъекта международных отношений.

БИБЛИОГРАФИЯ

Использовались материалы статьи Баярын Жаргалсайхана. Перевод на русский язык - Ч.Пурэвдорж. Оригинал статьи опубликован в газете "Монголия сегодня". №19-20 (430-431) от 5.05.2010.
Фактор Советской дипломатии в реализации законного права МНР в ООН.